IT ManagerИТ в бизнесеУправление

Открытый код: рост в кризис

Григорий Рудницкий, Ольга Попова | 29.04.2015

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Открытый код: рост в кризис

На приложениях с открытым исходным кодом успешно зарабатывают многие ИТ-компании, среди которых даже крупные корпорации мирового уровня. Можно сказать, что бизнес-модель OpenSource себя оправдала и заняла свою нишу на рынке. Одним из ведущих и старейших игроков в этом сегменте является компания Red Hat. В преддверии ежегодного форума, который пройдет в Москве, мы задали несколько вопросов главе представительства Red Hat в России Сергею Бугрину.

Как представлена сегодня ваша компания в России?

В Москве развернут полноценный офис компании, функционирует официальное региональное представительство. Мы работаем в России только через партнеров – наша партнерская сеть состоит из двух уровней. Это собственно партнеры и дистрибьюторы. Далее, наши партнеры делятся на три категории: Premier, Advanced и Ready, с соответствующими полномочиями. Сейчас у нас есть два прямых дистрибьютора – Axoft и Mont. 

Чаще всего Red Hat ассоциируется с OpenSource и Linux. Насколько мне известно, поле деятельности вашей компании гораздо шире. 

После многочисленных разговоров с заказчиками, партнерами и просто интересными людьми я убедился, что в головах у многих присутствует путаница. Open Source часто путают со свободным ПО, Free Software. И бытует стереотип: если все это бесплатно, если всем этим можно свободно пользоваться и если все это поддерживается сообществом, то где же здесь бизнес, где деньги? Сразу хочу сказать, что Free Software – это такое ПО, которое можно совершенно свободно использовать , изучать , вносить изменения и даже свободно распространять его копии – как с изменениями, так и без таковых. Здесь больше разговор о свободе, а не о цене. Основным документом, регулирующим эти процессы, является лицензия GNU/GPL. А модель OpenSource отличается скорее в философском плане: это способ создания и разработки приложений, подразумевающий обмен исходными кодами, быстрое создание прототипов и активное участие независимого сообщества разработчиков. То есть здесь идея свободного ПО проявляется в более практичном и комфортном виде – прежде всего это способ и сама идеология разработки. К настоящему моменту OpenSource уже стал, по сути, индустриальным стандартом. 

Чем OpenSource интересен бизнесу?

По идее, бизнесу должно быть все равно. Ведь это просто способ разработки программ, вокруг которого, в свою очередь, возникает определенная бизнес-модель, которую создает Red Hat. Я считаю, что OpenSource как способ разработки находится на высочайшем уровне. Почему? Потому что исходные коды, идеи, документация – все это открыто и доступно очень большому количеству людей из независимого сообщества. Писать плохо в этом случае – дурной тон. Если ты что-то делаешь публично, ты должен делать это очень хорошо. Так что программисты во внутренних OpenSource-проектах, как правило, профессионалы. Кроме того, эти разработчикии свободны создавать что-то новое. Это свобода самовыражения, и многое из того, что они создают, является инновационным. Сегодня все говорят о поддержке стартапов. Но внутри сообщества OpenSource стартапы образуются сами собой. С другой стороны, очень важно, что в процесс разработки вовлечены и сами заказчики. То есть получается развитие и движение с двух сторон. 

Иными словами, если заказчик покупает у Red Hat какую-то сборку программного продукта, он может самостоятельно менять ее исходный код? Не лишается ли он при этом технической поддержки компании?

Он не лишается поддержки того кода, за который отвечает Red Hat, однако он имеет полное право внести какие-то изменения или доработки. При этом то, что сделает заказчик, может быть рассмотрено Red Hat и сообществом и реализовано либо в следующих релизах либо в виде нового проекта. Так что OpenSource может стать мощным источником инноваций, вызванных самыми различными факторами.

Благодаря возможности такой доработки быстрее ли OpenSource-экосистема реагирует на изменения рынка, чем международные корпорации, исповедующие проприетарное ПО?

Я бы не стал оценивать, кто быстрее. Дело в том, что и там и там возникают прекрасные идеи, и там и там имеются суперспециалисты. Очень многие разработчики из международных корпораций являются членами сообщества OpenSource. Да и сами корпорации активно поддерживают его работу. Среди таковых можно назвать IBM, Microsoft. Последняя активно инвестирует в разработку открытого кода. Поскольку в СПО нет ограничений на патенты, каждый может привнести свою лепту. Это может быть не только разработчик, но и пользователь. 

Как появилась такая бизнес-модель? Кто выбирает ПО с открытым кодом и в чем экономический эффект такого выбора?

Бизнес-модель Red Hat достаточно проста. Мы создаем программный продукт Enterprise-уровня и предлагаем его поддержку. Так, начинали мы с Linux, и сегодня есть Red Hat Enterprise Linux, который поддерживает наша компания. Раньше в мире OpenSource системные администраторы создавали собственные решения, развивали их и поддерживали. Такой системный администратор рано или поздно мог покинуть компанию, включив в состав системы «бомбу замедленного действия». А мы занимаемся стандартизацией, разрабатываем единые стандартные пакеты, предлагаем стандартные SLA. Каждую версию мы поддерживаем в течение 10 лет. Уровнь Enterprise подразумевает, что у вас, помимо текущей поддержки, есть еще «дорожная карта». Экономически тоже все очень просто. Поскольку отсутствует плата за лицензию, а оплачивается только техническая поддержка, наши услуги всегда дешевле по определению.  Мы, кстати, не заставляем клиентов переходить на новые версии, а оставляем им право пользоваться текущими версиями, которые у них есть. Добавим, что переход на новую версию у нас бесплатен. В то время как разработчики проприетарного ПО, выпуская обновление, заявляют о прекращении через несколько лет поддержки старой версии, при этом переход на новую также не бесплатен. То есть, заказчика «сажают на крючок». 

Какие задачи могут решить ваши продукты, а какие пока еще нет?

Есть определенный набор программных продуктов, и неважно относится он к OpenSource или нет. Каждый продукт решает свою задачу и обладает соответствующей функциональностью. Если набор функций вам подходит и вы свои задачи можете с его помощью решить, то нужно сравнить цену с проприетарным аналогом, проанализировать все плюсы и минусы. Наши плюсы – доступ к открытому коду, отсутствие платы за лицензию и бесплатный переход на новую версию. Например, у нас есть RHEV – виртуализация , которая закрывает 80% функций VMWare –  и большинству заказчиков этого будет более чем достаточно . Мало кто использует 100%. Назову пять областей, где мы видим основные направления своей работы. Традиционно - это Linux. Сейчас у нас уже выходит версия RHEL 7.1, которая поддерживает не только виртуализацию и гипервизор, но и контейнеры, в которых можно запускать приложения. Также мы очень серьезно развиваем тему облаков. Наша стратегия – частные, публичные, а также смешанные облачные решения. Есть решения в области программно определяемой памяти. Огромный пласт – системы Middleware, которые соотносятся по функционалу с решениями от Oracle и IBM. Мы работаем в области PaaS и OpenStack, являясь крупнейшим контрибьютором. И еще одно направление – виртуализация, о которой я уже говорил. На базе OpenSource можно построить серьезную инфраструктуру предприятия, которая включит в себя операционную систему, виртуализацию и гипервизор, ПО промежуточного уровня . Все это можно «запаковать» в облако и управлять им также с помощью наших продуктов. Есть решения и для хранения образов виртуальных машин – Red Hat Storage. На сегодняшний день у нас уже  несколько десятков  продуктов и мы продолжаем расти.

Существует распространенный стереотип, что OpenSource-продукты уязвимы с точки зрения информационной безопасности. Так ли это?

Это опять то самое смешение понятий, о котором я говорил. Уязвимы продукты Free Software, которые собираются «на коленке» и поддерживаются неизвестно кем. А то и вовсе никем не поддерживаются, поскольку разработчик уже потерял интерес к своему творению. Уровень надежности стандартно поддерживаемого ПО OpenSource очень высок. Мы быстро реагируем на все вызовы информационной безопасности и буквально на следующий день поставляем патчи, но только своим клиентам, тем, кто оплачивает поддержку. Однако чтобы эти патчи дошли до независимого сообщества и стали доступны всем, требуется какое-то время. Вот здесь уже можно говорить об уязвимости. Каждый администратор хочет максимально упростить себе жизнь. Стандартным компонентом у нас является SELinux, отвечающий за мандатное разграничение прав доступа. Но первое, что обычно делают администраторы, – это выключение SELinux, а потом удивляются, что кто-то к ним проник. 

Вы два десятка лет проработали в IBM и три с половиной года – в Red Hat. Ощущается ли разница в походах? 

Работа в IBM в течение 20 лет накладывает отпечаток на образ мышления и меняет взгляды на ИТ. Начинаешь на все смотреть через призму IBM. С другой стороны, я считаю, что оказался на пике очень интересной волны, которая создает OpenSource-индустрию. Под этим подразумевается бизнес-подход и ориентация на поддержку и сервис для заказчика. Многие вещи в ИТ начинают перестраиваться. «Железо» становится все дешевле. Многие проприетарные вендоры ведут патентную войну друг с другом, а всем остальным смотреть на это скучно. Но здесь возникает другая волна, которая позволяет создать что-то новое и открыть его для всего рынка. Я хорошо знаю нашу отрасль, поэтому то, чем я сегодня занимаюсь, мне очень нравится. Рост наших продаж и нашей команды даже в условиях кризиса, когда многие мировые ИТ-корпорации терпят убытки и сокращают персонал, особенно показателен. Мы – первая OpenSource-компания, которая заработала миллиард долларов. Это было в позапрошлом году, а за минувший год сумма почти удвоилась. Это говорит о правильности выбранной бизнес-модели и направления работы нашей компании. 

Через месяц ваша компания будет проводить в России Red Hat Forum. О чем планируете говорить на нем?

Это уже третий форум Red Hat в России, на котором мы подведем итоги работы за три с половиной года. За это время в 10 раз вырос наш штат и почти во столько же раз – наш бизнес. В этом году наш форум проходит в независимом от других территорий формате. Приглашено очень много зарубежных спикеров, которые привнесут свою «карму» в программу. Разумеется, будут присутствовать и наши партнеры, которые также расскажут о своих проектах за последний год и не только. Форум соберется 19 мая в Digital October. На момент нашего с вами разговора для участия в нем зарегистрировалось уже 350 человек. И это не только наши заказчики, поскольку мы сознательно не ограничиваем аудиторию форума. Приходите! Будет интересно!

Об авторах

Григорий Рудницкий

Григорий Рудницкий

Историк по образованию. В ИТ-прессе – бумажной и онлайновой – с 2002 года: публикуется в изданиях, ориентированных как на домашних, так и на корпоративных пользователей. Любимые темы: гаджеты, мобильность, облачные сервисы, свободное программное обеспечение.

Ольга Попова

Ольга Попова

С 2008г. главный редактор IT Manager. В журналистике с 1986 года, правда, с перерывом на "лихие 90-е". До информационных технологий организовала несколько успешных бизнес-проектов в "Деловом Петербурге". Убеждена, что грамотный менеджер может работать в любой сфере, вне зависимости от специальности, так как ИТ-управленец мало чем отличается от управлеца-логиста. Но считаю, что именно в ИТ сейчас происходит все самое интересное.

Мероприятия

22.11.2018
Передача Audio, Video и KVM по IP: решения, опыт, истории успеха

Казань, пр. Фатыха Амирхана, 1A, комплекс «Казанская Ривьера».

30.11.2018
«Спутниковые данные программы «Коперникус»: новые возможности для инноваций»

Санкт-Петербург, КВЦ «Экспофорум» (Санкт-Петербург, Петербургское шоссе, 64/1, зал B3-B5)

07.12.2018
ИТ в Ритейле

Конгресс-центр «ЛЕНПОЛИГРАФМАШ»