«Черный лебедь» в ИТ: как российская компания переживает уход мировых сервисов

30.06.2022
Сергей Позитурин

Сергей Позитурин

технический директор продуктовой ИТ-студии SKÖLOPENDRA
Чтобы избавить себя от неприятных сюрпризов, после введения первых ИТ-санкций мы собрались в офисе и стали искать альтернативы сервисам, без которых мы как компания не можем обойтись.

До известных февральских событий сфера ИТ активно использовала мировые сервисы, а в основе работы большинства компаний лежали так называемые открытые разработки. Сегодня оба тренда попадают в зону риска, но опытные российские техдиры знают, как этому противостоять.

Как это было…

Если кто-то думает, что до февраля 2022 года информационные технологии были самой позитивной сферой российского бизнеса, то, пожалуй, я вас разочарую. Да, рынок был сильно перегрет, он накачивался ростом маржи, продукты и экспертизу можно было продавать достаточно выгодно, но при этом для ИТ всегда был характерен кадровый голод. Закрывать вакансии можно было месяцами, а рост зарплат практически втрое опережал рост инфляции. И это вполне объяснимо. Специфика сферы такова, что материальных активов у ИТ-компаний, подобных нашей, практически нет. Есть расчетный счет и люди, которые, выдавая продукт, трансформируются в прибыль. Именно люди в этой формуле - ключевой ресурс, и массовый исход специалистов, который случился после февраля, не прошел незамеченным. Некоторые компании релоцировали до 90% сотрудников, фрилансеры просто собирали семьи и уезжали. По моим оценкам, релокация затронула тысячи высококвалифицированных кадров, выбирать специалистов стало не просто трудно, а практически невозможно. В такой ситуации мы как компания находились несколько недель. После этого стали очевидными еще две вещи. Оценив риски, некоторые заказчики приняли решение свернуть проектную деятельность. Сейчас, в июне, этот тренд все еще не остановился, и мы ждем нового оттока клиентов. И вторая история – часть наших заказчиков это зарубежные бизнесы, с которыми мы не можем больше совершать товарно-денежные обмены.

На первый взгляд, ситуация патовая, но оказалось, что в принципе все не так страшно. Оправившись от первого шока, рынок начал оживать, стали появляться другие заказчики, открылись новые ниши. Парадокс, но кадровая проблема тоже начала решаться – на рынок массово вышли специалисты, работавшие в релоцировавшихся компаниях. Бизнесы, которые до событий только подумывали об импортозамещении, взялись за реализацию своих планов, и они активно поддерживаются все более растущим спросом на внутреннее производство. Мы получили возможности для реализации себя в чисто российских проектах - это хорошие долгосрочные контракты.

А что с открытой разработкой?

В ИТ есть понятие «open source» – это программное обеспечение, разработанное по принципу открытого исходного кода. В оpen source приходят сотни контрибьюторов, которые вливают в софт свои усовершенствования - так устроена наша индустрия. Все самые передовые, самые мощные, самые лучшие продукты построены по этой модели, даже телефон, с которого вы, возможно, читаете сейчас этот текст. Что произошло после февраля? Использовать некоторые кубики стало опасно. Началась преднамеренная порча софта, в репозитории стали вливаться коды, которые делают самые разные и самые нехорошие вещи – начиная от баннерной политической агитации, заканчивая уничтожением данных на российских серверах. Оперативно вычислить эти коды было невозможно, в репозиториях они жили довольно долго. Сейчас компании вынуждены заказывать дорогостоящий аудит, чтобы проверить, что софт не несет вреда. Несколько раз мы проводили такой аудит самостоятельно, с помощью своей экспертизы, чтобы не допустить вредоносное ПО своим заказчикам и на собственные стенды, и, конечно, оптимизма это не прибавляет. Мировое сообщество разработчиков осуждает технологические диверсии и пытается им противостоять, но могу предположить, чтов перспективе эти бомбы подорвут всю модель открытой разработки.

Альтернативный софт в условиях санкций

Десятки лет глобализации привели к тому, что некоторые сервисы стали критически важными, и не только для ИТ. Зумом, досками, конфлюенсами пользуются все, даже школы и больницы. Сейчас некоторые ушедшие с российского рынка компании пока оставляют возможность использовать оплаченные продукты, но что будет после окончания договоров, непонятно. Другие просто обрубили доступ к программам. Так получилось со Slack, популярным корпоративным чатом, об уходе которого пользователей предупредили за две недели.

Чтобы избавить себя от неприятных сюрпризов, после введения первых ИТ-санкций мы собрались в офисе и стали искать альтернативы сервисам, без которых мы как компания не можем обойтись. Критерии выбора были понятны: продукт российской разработки или открытый бесплатный продукт, чтобы уйти от зарубежных расчетов. Надо сказать, что таблица вариантов получилась весьма внушительной. Для замены упомянутого Slack мы выбрали открытую бесплатную программу Мattermost. Наш сотрудник весьма успешно провел процесс миграции, и проблема решилась достаточно быстро. Но не со всеми сервисами решить вопрос удалось так удачно. Мы до сих пор думаем, чем заменим Jira, куда уходить с серверов Amazon. Пока Amazon не выдвигает ультиматумов, но риски в любом случае есть, поэтому многие вещи мы превентивно мигрируем в Яндекс.Облако.

И если сейчас тактические задачи решаются, то насколько оптимистичны сценарии хотя бы в перспективе ближайших двух лет? Полагаю, что ряд сервисов все-таки найдет возможность с нами работать. Позиции будут сближаться, российское правительство, возможно, будет постепенно снимать ограничения, наложенные на банковскую систему и на функционирование иностранных юрлиц, сами сервисы будут открываться под другими брендами, чтобы сохранить российский рынок. По мировым меркам наш рынок маленький, но когда обороты компании измеряются миллиардами долларов, даже 5-10% рынка представляют интерес. Но в переходном периоде будет достаточно сложно. Сейчас спрос на ресурсы внутри страны растет как снежный ком. ИТ-компаниям нужна сетевая инфраструктура, в десятки раз выросла потребность в российских облачных сервисах. И у того же Яндекса внезапно наступает головная боль – где взять столько серверов, чтобы насытить рынок. Уже очевидны проблемы с комплектующими, с оборудованием, начинаются задержки поставок. В таких условиях неизбежно подключатся рыночные регуляторы: спрос будет снижаться за счет цены, ценник на облачные вычисления внутри страны будет расти. Очевидно, что фонд оплаты труда и инфраструктура – главные статьи расходов ИТ-компании, и если они будут увеличиваться, ничего хорошего ни для компаний, ни для заказчиков в этом нет.

На что остается надежда? На господдержку, активные инвестиции, развитие импортозамещающих внутренних бизнесов и, конечно, на собственный креатив, которого сфере ИТ уж точно не занимать.

Другие публикации эксперта