Максим Березин: «Импортозамещение виртуализации стало необходимостью для снижения рисков»
На российском рынке период 2022–2024 годов был посвящен миграции на отечественные решения и соблюдению требований регуляторов. Какие задачи при внедрении виртуализации вышли на первый план в 2026 году?
Сегодня рынок завершает пятилетний период амортизации оборудования: приходит время замены того, что куплено до 2022 года. Было накоплено большое количество «железа», и тогда стоило оно относительно дешево. Сейчас, на фоне кризиса оперативной памяти в связи с активным развитием ИИ, серверы стоят в три раза дороже. И хотя за последние пять лет ИТ-бюджеты у компаний в среднем выросли вдвое, закупать серверы десятками и сотнями, как раньше, уже не получается.
В такой ситуации компании ищут способы более эффективно использовать ресурсы существующей инфраструктуры. Первым шагом заказчиков сразу после внедрения виртуализации становится работа с утилизацией. Здесь показателен кейс одного из наших крупнейших заказчиков в нефтегазовой отрасли. У компании масштабная распределенная инфраструктура: несколько ЦОДов в разных городах. В большинстве кластеров этого заказчика утилизация «железа» достигает 15–20%. Для сравнения: оптимальный показатель на глобальном рынке — 80%.
Пониженная прозрачность и низкая утилизация — это частая проблема распределенных инфраструктур. Без централизованного управления в них сложнее проводить аудит и балансировать нагрузку. Там выше риск выхода хостов из строя при скачках нагрузки и появления «потерянных» ресурсов. Оборудование по несколько месяцев может быть загружено чем-то, что уже не используется.
Первый шаг, запланированный компанией для решения этой проблемы, — внедрение ПО категории Cloud Management Platform, которое покажет в едином окне уровень загруженности каждой инсталляции, все «брошенные» ресурсы. Например, виртуальные машины, запущенные под тестовые задачи, но находящиеся сейчас без нагрузки. Это позволит наладить прозрачный аудит для перераспределения мощностей.
Второй шаг — внедрение технологии самообслуживания, предоставляющей пользователям возможность самостоятельно создавать, перезапускать и отключать ресурсы, на которые администратор предоставил права доступа. Таким образом можно уйти от системы долгих согласований через заявки и развить у пользователей осознанность в части потребления.
И третий важный шаг — внедрение биллинга: подсчет стоимости ресурсов, которые пользователи создали, установка финансовых лимитов на затраты по проектам и подразделениям. Все это, по сути, ведет компанию к построению частного облака над виртуализацией. Это более эффективная модель потребления ресурсов, которая позволяет оптимизировать затраты. В случае наших заказчиков модель реализуется за счет внедрения модульного частного облака Orion Private Cloud, где zVirt выступает проверенным слоем виртуализации, Nova Container Platform отвечает за слой контейнеризации, а CMP-платформа Cloudlink помогает организовать единое управление, самообслуживание и биллинг.
Виртуализация перестала служить своеобразной прослойкой между «железом» и ОС, а стала платформой для управления ИТ-активами. Как меняется роль платформ виртуализации в ИТ-стратегиях компаний на 2026–2027 годы?
На первом этапе импортозамещения виртуализация была приоритетом для КИИ, поскольку компании руководствовались в первую очередь рисками, связанными с невыполнением требований регуляторов.
Сейчас начался второй этап. В числе пользователей нашего ПО появились крупные ретейлеры, которых не касаются требования по импортозамещению. Зачем им внедрять российские решения? Дело в том, что им важно получать официальную техническую поддержку и обновления для ПО, от которого зависит работа всего бизнеса, и вместе с заменой оборудования они решили обновить и программную часть.
Платформа виртуализации для создания облачных инфраструктур VMware vSphere 7.x — последняя версия, доступная на российском рынке на момент ухода VMware из России, — официально завершила жизненный цикл поддержки в октябре 2025 года. Этой версией пользовались до 80% отечественных компаний. Поддержка версии VMware vSphere 8.x закончится в октябре 2027 года. По мере того как западное ПО устаревает, все больше компаний задумывается о том, что нужно переходить на продукты, где есть доступ к обновлениям и не копятся бреши в информационной безопасности. Импортозамещение виртуализации стало стратегической необходимостью для снижения рисков и сохранения стабильной базы для развития.
Безопасность становится еще одной стратегической «болью». Растет количество атак изнутри, когда хакер закрепляется в инфраструктуре и наносит ущерб, оставаясь незамеченным. Какую защиту здесь может обеспечить виртуальная среда?
Чем крупнее инфраструктура, тем выше ущерб, который могут нанести хакеры, попав внутрь периметра, где нет никаких преград. Поэтому сегодня нужны решения, которые помогают защищать периметр и находить признаки злоумышленников изнутри.
В zVirt есть функциональность микросегментации, реализованная средствами программно-определяемых сетей (SDN). Она позволяет разбить сетевое пространство на изолированные сегменты. Даже если злоумышленнику удастся проникнуть в один из них, попасть в соседний он уже не сможет. Кроме того, у нас реализована интеграция с партнерским решением PT Network Attack Discovery — системой поведенческого анализа сетевого трафика. Она принимает копии сетевого трафика из zVirt и анализирует их на предмет аномалий. Сочетание таких инструментов с традиционными ИБ-средствами, такими как межсетевые экраны, позволяет выстроить комплексную защиту.
Регуляторы тоже начинают учитывать эти риски и прописывать в своих требованиях необходимость защиты изнутри. Например, ГОСТ по безопасной разработке требует от организаций обеспечивать защиту секретов: паролей, логинов, API-ключей, сертификатов и других данных для доступа к инфраструктуре. На фоне этого мы видим спрос на внедрение систем управления секретами. Они позволяют избежать хранения секретов в открытом виде, разместить их в централизованном зашифрованном хранилище, автоматизировать их выдачу, ротацию и удаление. В случае с нашей системой хранения секретов StarVault 50% заказчиков внедряют такую технологию с нуля: защита секретов тоже становится стратегически важной задачей.
Требования регуляторов остаются одним из основных драйверов закупок. Но есть ли кейсы, когда компании начинают выбирать решение не только потому, что нужно «поставить галочку», а потому что оно объективно может дать преимущества для бизнеса?
Один из наших показательных кейсов — ПСБ. В 2024 году этот банк импортозаместил все, что касается КИИ. В 2025 году заместили 99% инсталляций VMware в контурах, не попадающих под КИИ. Сегодня на zVirt там работает уже 1350 хостов. Логика этого проекта — эффект масштаба. Единую платформу виртуализации намного проще и дешевле администрировать, чем несколько разнородных решений: требуется меньше персонала, снижаются эксплуатационные расходы.
Есть ли смысл переходить на российские платформы с экономической точки зрения? Возможна ли экономия или миграция, если она выливается в дополнительные расходы?
Переход на отечественные решения не происходит одномоментно. Во многих компаниях он может растягиваться на довольно длительные сроки — от года до пяти лет. При этом нужно одновременно поддерживать и администрировать сразу две платформы виртуализации — старую и новую, — которые отличаются друг от друга, что требует большой ИТ-команды.
Все это выливается в достаточно высокие дополнительные расходы, поэтому об экономии в моменте говорить сложно. Но я бы привел такую метафору: представьте, что вы находитесь на тонущем корабле. Тонет он медленно, но в любой момент этот процесс может резко ускориться. В какой-то момент это может обойтись бизнесу еще дороже, чем смена корабля. Крупные компании с риск-ориентированным подходом понимают такую опасность и начинают миграцию.
Кстати, есть инструменты, которые позволяют сократить трудозатраты на миграцию. У нас, например, это встроенный бесплатный V2V-конвертер в zVirt. С его помощью можно переносить до 20 виртуальных машин одновременно с простоем в 5–7 минут.
Как вы относитесь к отказу от решений для виртуализации на базе Open Source? Есть мнение, что опора на Open Source «небезопасна, создает зависимость от поддержки сообщества, замедляет темп разработки, вызывает необходимость оптимизации кода унаследованных модулей».
У разработчика есть задача — как можно быстрее реализовать функциональность, которая нужна корпоративному заказчику. Этого можно достичь разными способами. Если мы, как разработчики, понимаем, что результат будет качественнее, если досконально разобраться, как и что работает в Open Source, заменить архитектурно неидеальные компоненты и дописать отсутствующие, чтобы обеспечить максимальную стабильность и безопасность, мы выберем этот путь. Если же мы видим, что Open Source не ориентирован на Enterprise и придется переписывать больше половины, то напишем код сами.
Например, у zVirt была база в виде проекта oVirt, но в итоге мы переписали уже более 70% кода, с которого стартовали, и независимо обновляем ключевые компоненты платформы. А в случае с платформой VDI и терминального доступа Termit, наоборот, не было достаточно качественных Open Source проектов, на которые можно было бы опереться, и мы написали с нуля всё решение, включая собственный протокол доставки виртуальных рабочих столов и приложений Pulsar.
Что сегодня сильнее всего тормозит переход на российские платформы: реальные технологические пробелы или консерватизм ИТ-директоров?
Дефицит бюджетов, время обновлять оборудование, завершившийся цикл поддержки VMware vSphere 7.x и приближающийся к завершению цикл поддержки VMware vSphere 8.x — все эти факторы подталкивают рынок к переходу.
В противовес им пока что возникает возможность работы на VMware в закрытых контурах, где нет внешнего доступа и нет обновлений. Но со временем устаревающее ПО будет терять стабильность. Кроме того, далеко не все контуры могут быть полностью закрытыми.
Если говорить о технологических пробелах — зрелые российские платформы виртуализации серверов по всей базовой функциональности уже догнали западные аналоги и показали стабильную работу на крупных инсталляциях. Немалая работа проведена и в сегменте виртуализации сетей, в нем отечественные решения сегодня уже на сопоставимом с VMware уровне. Большие успехи есть и в сегменте частных облаков. Пример — наша CMP-платформа Cloudlink, которая умеет управлять разнородной облачной и виртуальной ИТ-инфраструктурой, сложными гибридными средами крупных Enterprise-заказчиков.
Слабым местом остается виртуализация дисков и гиперконвергентные платформы. Здесь российским решениям еще далеко до сравнения с западными. Но сегодня заказчики все чаще уходят от сравнений. Им нужно закрыть конкретные задачи, им нужна надежная, стабильная, безопасная и при этом простая в установке и эксплуатации платформа. Задачи сделать «точно так же, как в VMware» не было изначально. Мы решаем конкретные задачи для конкретных заказчиков — и в результате из этого уже выросла экосистема глубоко интегрированного ПО, которое эффективно работает в связке и дает стабильную, безопасную и масштабируемую базу для развития.
Реклама ООО "Орион" erid: 2W5zFHXVxzV
Опубликовано 30.09.2026
