IT NewsФакты и прогнозыАналитика рынка

Маркировка-2020: переломный момент (II часть)

Евгений Курышев | 22.03.2020

Маркировка-2020: переломный момент (II часть)

(Продолжение. Начало в IT News №3/2020)

Промежуточные итоги

В определенных товарных категориях (например, обувь, табак, лекарства) система тестируется довольно давно. Как это повлияло на рынок и какие промежуточные итоги можно подвести уже сегодня?

Реваз Юсупов (ЦРПТ):
Реваз Юсупов (ЦРПТ):
«За время эксперимента по внедрению маркировки лекарств были выявлены нарушения на сумму более 500 млн рублей, оборот недоброкачественной продукции в этой отрасли снизился в 2,5 раза, а нелегальный рынок дорогостоящих препаратов для лечения онкологических заболеваний сократился в 10 раз».

Реваз Юсупов (ЦРПТ) говорит, что рынок обуви в 2019 году оценивался в 330 млн пар. В 2020 году компании заказали в «Честном ЗНАКе» уже 1127 млн пар, то есть еще на промежуточном этапе внедрения системы размер отрасли в процессе обеления утроился. А официальные продажи шуб после введения маркировки выросли в девять раз – с 8,5 млрд рублей в 2015-м до 76,2 млрд рублей в 2018 году, рассказывает он.

Елена Рябова («Первый Бит»):
Елена Рябова («Первый Бит»):
«На сегодняшний день ни в одной из категорий нет и 50% регистраций всех участников оборота».

Аскар Рахимбердиев (МойСклад):
Аскар Рахимбердиев (МойСклад):
«На примере проекта с обувью можно сказать, что вся цепочка маркировки – как остатков, так и полная – работает».

Аскар Рахимбердиев («МойСклад») отмечает, что его компания не только следит, но и полностью реализует процесс маркировки товара в МоемСкладе, ведь без этого сервис для торговли будет просто неконкурентоспособным. За последние полтора года осуществлены интеграция с системой «Честный ЗНАК», заказ кодов маркировки, создание во встроенном редакторе этикеток с кодами, печать всего необходимого прямо из сервиса. Кроме того, существует возможность связать личные кабинеты «МоегоСклада» и «Честного ЗНАКа», после чего можно работать только в первом. Да, в работе системы есть шероховатости: г-н Рахимбердиев отмечает, например, задержки в получении кодов, сбои и ошибки, но со временем эти проблемы, по его мнению, будут решены. Особо он отметил ситуацию, когда летом 2019 года изменилась схема работы оптовиков: для них предполагалось реализовать процесс без обязательного использования ЭДО, но в окончательную версию он не попал. Вот тогда в спешном порядке пришлось многое менять.

В настоящее время бизнес активно маркирует остатки обуви: через несколько месяцев нельзя будет продавать немаркированную продукцию этой категории, поэтому ажиотаж понятен. Если у предпринимателя есть желание и необходимость промаркировать обувь прямо сейчас, он это не без труда, но сделает, подчеркивает г-н Рахимбердиев.

Андрей Захаров («Такском»):
Андрей Захаров («Такском»):
«Мы пристально следим за процессом внедрения «Честного ЗНАКа». Компания участвовала в пилотном проекте по маркировке табака. При этом мы задействованы в системе одновременно и как оператор фискальных данных, и как оператор электронного документооборота».

Андрей Захаров («Такском») считает, что подводить предварительные итоги пока рано. С одной стороны, нацеленность на результат, активность всех участников процесса велика. С другой стороны, возникает немало вопросов, и многие из них зависят от специфики товарной группы – есть большая разница в маркировке лекарств, табака и обуви. Все ошибки и недочеты, возникающие на этом этапе, будут учитываться для всех остальных категорий, и, значит, работа по ним пойдет гораздо проще, полагает г-н Захаров. Особый акцент он делает на том, как именно выбираются новые категории для обязательной маркировки. Во-первых, товарная группа должна иметь социальную или экономическую значимость. Во-вторых, в рыночном обороте таких товаров должен быть относительно высоким процент нелегальной или некачественной продукции. И третье – продавцы и производители группы должны быть в какой-то степени готовы к внедрению маркировки. Как правило, выбирается крупная категория, имеющая особенности нанесения средств идентификации, на которой эффективно отрабатываются все процессы, уточняет г-н Захаров.

Александр Коробов («Биорг»):
Александр Коробов («Биорг»):
«Считаю, что на некоторые категории товаров (например, обувь) раньше времени начали наносить маркировку».

Александр Коробов («Биорг») полагает, что маркировать одежду и другие товары широкого пользования пока преждевременно, – нужно сосредоточиться на алкоголе, лекарствах, парфюмерии.

Юлия Русинова («АТОЛ»):
Юлия Русинова («АТОЛ»):
«Компании могут осуществлять все этапы маркировки как самостоятельно, через личные кабинеты соответствующих систем, так и с помощью сторонних решений, если бизнес заинтересован в ускорении процессов».

Юлия Русинова («АТОЛ») говорит, что компания провела большое количество пилотных тестирований с участниками бизнеса в различных товарных группах. Уже сейчас доступны софтверные решения для работы с электронным документооборотом, маркировкой остатков. «Кроме того, мы доработали и протестировали свои онлайн-кассы с учетом добавленной возможности осуществлять выбытие маркированной продукции в соответствии с принятым в конце года приказом ФНС о форматах фискальных документов», – рассказывает г-жа Русинова. Помимо прочего, «АТОЛ» участвует и в крупных проектах, когда решение под маркировку создается кастомизированно под заказчика. Тем не менее перспективы развития решений для маркировки компания видит преимущественно в сегменте СМБ. Сам процесс внедрения маркировки происходитпоэтапно: от организации рабочих групп из представителей отрасли и разработки требований по проведению пилота до согласования бизнес-процессов, удобных для участников оборота, и их фиксации в постановлениях правительства. Г-жа Русинова отмечает активное взаимодействие оператора системы маркировки с участниками рынка, технологическими партнерами и  федеральными органами исполнительной власти: результатом такой работы становятся общие для всей отрасли правила, исключающие избыточные требования. Как пример, исключение из списка обязательных к маркировке авиационных и велосипедных шин, отсутствие необходимости маркировать остатки парфюмерной продукции.

Алина Челнокова («КОРУС Консалтинг СНГ»):
«Производители товаров, которые попадают под требования о маркировке, сегодня озадачены не только тем, как выполнить эти требования о маркировке продукции и соблюдении требований по передаче данных в ЦРПТ, но и тем, как их партнеры и покупатели смогут выполнить требования закона. Это говорит о том, что компании задумываются о более длинных временных отрезках».

Затраты на внедрение

Участники дискуссии расходятся в оценке трудоемкости и уровня финансовых затрат, необходимых для обеспечения полноценной работы с маркированным товаром для отдельной компании из СМБ-сектора. Однако соглашаются с тем, что главный ресурс для каждой компании – это время, которое потребуется на изменение  соответствующих бизнес-процессов.

Александр Розов («Марвел-Дистрибуция»):
Александр Розов («Марвел-Дистрибуция»):
«Уровень затрат для компаний любого масштаба после внедрения единой системы возрастет».

Александр Розов («Марвел-Дистрибуция») говорит, что детальную оценку дать сложно. Но запуск новых процессов, скорее всего, потребует привлечения дополнительных трудовых ресурсов. Кроме того, появятся новые статьи расходов, например на оборудование, да и сами уникальные коды, которыми должен маркироваться товар, оператор системы предоставляет на платной основе, поясняет он.

Реваз Юсупов (ЦРПТ):
Реваз Юсупов (ЦРПТ):
«Усредненную оценку по всем отраслям дать невозможно – очень разные технологии на производстве и даже в торговле».

Реваз Юсупов (ЦРПТ) подчеркивает, что на данный момент ни в одной отрасли – табачной промышленности, производстве лекарств, обуви – внедрение маркировки не приводит к снижению объема производства, сокращению поставок или ассортимента.

Елена Рябова («Первый Бит»):
Елена Рябова («Первый Бит»):
«Все затраты, которые требуются на обеспечение работы с промаркированными товаром, – это вклад в рост и развитие самих предприятий».

Аскар Рахимбердиев («МойСклад»):
Аскар Рахимбердиев («МойСклад»):
«Самое затратное — смена бизнес-процессов и обучение сотрудников для работы с маркировкой».


Аскар Рахимбердиев («МойСклад») приводит в пример работу с маркировкой остатков обуви. На каждую коробку тратится несколько минут: нужно найти пару на складе, принести к столу, распечатать этикетку, наклеить ее. Если объем бизнеса небольшой, 50–100 пар в месяц, то маркировать не слишком трудозатратно, а вот если коробок несколько тысяч — уже сложно, отмечает он. При этом уровень прямых единоразовых затрат на маркировку для СМБ — примерно 50 тыс. рублей: хороший принтер этикеток, УКЭП, ЭДО, обновление прошивки онлайн-кассы, 2D-сканер, уточняет г-н Рахимбердиев.

Андрей Захаров («Такском»):
Андрей Захаров («Такском»):
«Эти затраты не слишком велики, если судить по предложениям нашей компании».

Андрей Захаров («Такском») отмечает, что стоимость решений как для крупных предприятий, так и для малого бизнеса невысока. Более того, представителям СМБ даже необязательно покупать 2D-сканер: считывать коды можно через камеру смартфона. Самое сложное для бизнеса – временные затраты на освоение новых процессов. Вместо того чтобы искать новых поставщиков, договариваться о лучших условиях сделок, предприниматели вынуждены решать вопросы, связанные с маркировкой, говорит г-н Захаров. Но в итоге это принесет выгоду.

Александр Коробов («Биорг»):
Александр Коробов («Биорг»):
«Считаю, что уровень затрат для СМБ довольно высокий».

Александр Коробов («Биорг») уверен, что не все малые компании потянут нагрузку, связанную с обязательной маркировкой: оборудование, которое наносит и считывает информацию, стоит дорого. Чтобы система работала должным образом и была развернута в столь ограниченные сроки (до 2024 года), необходимы помощь и содействие со стороны государства, а также фондов поддержки СМБ хотя бы на уровне предоставления или закупки определенного вида оборудования.

Юлия Русинова («АТОЛ»):
Юлия Русинова («АТОЛ»):
«С точки зрения энергозатрат бизнеса для подготовки к маркировке главное – заложить время. С технической же точки зрения реализовать переход на новый регламент можно довольно бюджетно».

Юлия Русинова («АТОЛ») напоминает, что сейчас в стадии модернизации для соответствия новым требованиям находятся аптеки. И предлагает рассмотреть внедрение маркировки на их примере, разделив весь процесс на несколько понятных этапов.  

Первый этап – это необходимость обновления внутреннего ПО для ККТ. На практике большинство компаний приобретают годовые лицензии, позволяющие в течение этого периода обновлять кассы в связи с различными изменениями нормативных правил применения ККТ. Аналогичная ситуация и с обновлением ПО для ПК – в большинстве случаев пользователи имеют годовые лицензии на сопровождение, предоставляющие им новые функциональные возможности продукта не только по теме маркировки. Тем не менее для корректной настройки места кассира после обновлений понадобятся сервисные услуги, которые в среднем по рынку стоят около 1500 рублей, поясняет г-жа Русинова.

Второй этап – приобретение или замена сканеров. С высокой долей вероятности те, которые уже есть, не поддерживают сканирования двухмерных кодов. Минимальная цена 2D-сканера по рынку на данный момент 3500–4000 рублей. И заменить их необходимо на каждой кассе. Таким образом, переоборудование кассового места в рамках подготовки для работы с маркированной продукцией при наличии УКЭП и годовых лицензий на ПО обойдется примерно в 5000 рублей.

Третий этап. Сотрудники торговых точек, в данном случае аптек, должны привыкнуть к работе с новыми интерфейсами и системе работы с данными. На первых порах ошибки неизбежны, поэтому лучше потренироваться в период, пока маркировка для сегмента не введена. В таком случае компания избавит себя от лишних штрафных санкций позже, заключает г-жа Русинова.

Дмитрий Карпенко («Обувь России»):
Дмитрий Карпенко («Обувь России»):
«Что касается времени, то вся подготовительная работа заняла у нас более полутора лет».

Дмитрий Карпенко («Обувь России») рассказал об основных затратах, связанных с подготовкой к старту маркировки. Во-первых, это приобретение оборудования. Альтернатива терминалов сбора данных для складов магазинов — планшеты и смартфоны с мобильным приложением, которое позволяет считывать коды маркировки, сейчас у компании более 1000 таких устройств. Во-вторых, доработка ПО. Основные бизнес-процессы в ГК «Обувь России» автоматизированы. Но необходимо было создать отдельный программный модуль для автоматизации работы распределительного центра в Китае, поскольку заказы на производство части ассортимента компания размещает в этой стране. «При этом мобильное приложение для смартфонов мы разработали самостоятельно», –  уточняет г-н Карпенко. В-третьих, так как в связи с введением маркировки существенно возрастают объемы ЭДО, требуется соответствующее наращивание мощностей ИТ-инфраструктуры. В-четвертых, компании пришлось перестроить ряд бизнес-процессов. Прежде всего это коснулось логистики, так как при вводе маркировки необходимо фиксировать движение товаров на всех этапах, начиная с выпуска на фабрике и заканчивая реализацией в магазине, объясняет г-н Карпенко.

Что будет с ценами?

Как ни крути, но запуск единой системы мониторинга за оборотом товаров приведет к повышению нагрузки на бизнес. Прямо или косвенно – это уже второй вопрос. Вряд ли производители и ретейлеры горят желанием нести полную финансовую нагрузку, связанную с внедрением новой системы. Да, потребители заинтересованы в качественном товарном предложении, но главный вопрос, волнующий обычных покупателей, все-таки связан с ценами – как введение обязательной маркировки скажется на них?

Реваз Юсупов (ЦРПТ):
Реваз Юсупов (ЦРПТ):
«Ни в одной из отраслей не было зафиксировано роста цен после внедрения маркировки».

Реваз Юсупов (ЦРПТ) отмечает интересный момент: производители лекарств даже снизили цены на ряд препаратов из списка жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖВНЛП), чтобы попасть в категорию «дешевле 20 рублей», для которой маркировка бесплатна. Еще один наглядный пример: по информации операторов фискальных данных, сигареты дорожают на 3% каждые шесть месяцев, но после введения маркировки темпы роста цен не изменились, поскольку основным драйвером является ставка акциза, поясняет он.

Александр Розов («Марвел-Дистрибуция»):
Александр Розов («Марвел-Дистрибуция»):
«Внедрение системы маркировки обязательно скажется на конечной цене товаров».

Иной позиции придерживается Александр Розов («Марвел-Дистрибуция»), который убежден, что конечная стоимость товаров из-за внедрения маркировки вырастет. Для этого как минимум две причины. Первая –  дополнительные расходы, связанные с нанесением кодировки и ее считыванием. Вторая более значимая: маркировка нанесет удар по черному и серому рынкам, что приведет к исчезновению дешевых товаров нелегального ввоза. На рынке останутся только легальные предложения с более высокой стоимостью, ввезенные официально с уплатой всех налогов.

Юлия Хохлова (OCS Distribution):
Юлия Хохлова (OCS Distribution):
«Любая дополнительная нагрузка на бизнес так или иначе сказывается на потребителе».

Юлия Хохлова (OCS Distribution) предполагает, что введение маркировки приведет к увеличению цен, причем необязательно пропорционально фактическим затратам производителей и ретейлеров. Достаточно вспомнить про вознаграждение, уплачиваемое в пользу авторов (так называемый «михалковский налог»), экологический сбор, повышение НДС с 18 до 20% и введение «налога на Google». В любом случае законы рынка никто не отменял и цены будут соответствовать возможностям потребителей, говорит г-жа Хохлова.

Елена Рябова («Первый Бит»):
Елена Рябова («Первый Бит»):
«Первоначально цены повысятся, так как захочется переложить затраты по маркировке на потребителей, но это ненадолго».

Елена Рябова («Первый Бит») убеждена, что уже через год после первоначального повышения цен ситуация выровняется, а через пару лет они могут даже снизиться за счет положительных последствий от внедрения системы.

Аскар Рахимбердиев («МойСклад»):
Аскар Рахимбердиев («МойСклад»):
«Если предприниматель торгует дорогой обувью, например по 10 тысяч рублей за пару, то вряд ли маркировка повлияет на конечную цену».

Аскар Рахимбердиев («МойСклад») говорит, что многое зависит от ценового сегмента, в котором работает участник рынка. Если кто-то продает, допустим, резиновые тапочки по 100 рублей за пару и объемы их продаж существенны (тысячи), то, вполне возможно, себестоимость этих тапочек ощутимо вырастет.

Андрей Захаров («Такском»):
Андрей Захаров («Такском»):
«Финансовые сложности могут возникнуть, если потребуется существенная технологическая модернизация бизнес-процессов».

Андрей Захаров («Такском») полагает, что вряд ли из-за кодов маркировки, которые стоят 50 копеек за штуку, могут возникнуть особые трудности. А вот необходимость всерьез менять внутренние бизнес-процессы компании может вылиться в крупную сумму. Поэтому здесь в какой-то мере задача оператора ЭДО: он должен предложить внешнее решение (по отношению к ИС заказчика), которое позволит минимизировать изменения внутренних бизнес-процессов из-за введения маркировки.

Александр Коробов («Биорг»):
Александр Коробов («Биорг»):
«Затраты будут довольно высоки, себестоимость товара вырастет. В результате мы будем наблюдать очередной рост цен, потому что каждый чип, каждая метка стоит денег».

***
(III часть)
***

«Честный ЗНАК» и другие


Сегодня уже существует ряд ГИС, используемых для контроля за оборотом отдельных категорий продукции (например, алкоголя). С чем связано принятие решения о создании единой системы для всех категорий товаров?

Реваз Юсупов (ЦРПТ):
Реваз Юсупов (ЦРПТ):
«ЦРПТ выступает за унификацию контрольно-информационных систем».

Реваз Юсупов (ЦРПТ) утверждает, что единая система более эффективна для сбора и консолидации данных по разным отраслям и  их дальнейшего анализа. Она проще и удобнее в использовании и для госорганов, и для регулируемого бизнеса. Наконец, создание единой информационной системы маркировки и мониторинга движения товаров гораздо более эффективно в экономическом отношении, чем содержание нескольких параллельных систем. Система «Честный ЗНАК» изначально создавалась так, чтобы при распространении маркировки на новые товарные группы бизнес не столкнулся с необходимостью заметных изменений в работе, рассказывает г-н Юсупов. Поэтому предусматриваются онлайн-кассы, УПД и другие элементы цифровой инфраструктуры, уже используемые рынком. Таким образом, крупным компаниям (как ретейлерам, так и производителям или импортерам),  настроив однажды процесс работы с цифровой маркировкой сканирования на складе или в магазине по одной товарной группе, в дальнейшем, при присоединении других товаров, не придется ничего внедрять заново, заключает он.

Дмитрий Карпенко («Обувь России»):
Дмитрий Карпенко («Обувь России»):
«Можно тиражировать успешный опыт внедрения маркировки на одном из рынков на другие сегменты, так как технологии и принципы могут быть похожими».

Дмитрий Карпенко («Обувь России») полагает, что создание единой системы объясняется желанием государства унифицировать процессы контроля за оборотом разных категорий товаров. Развитие обособленных систем связано с большими временными, трудовыми и финансовыми затратами.

Елена Рябова («Первый Бит»):
Елена Рябова («Первый Бит»):
«Разрозненные системы неудобны. Именно они и повышают нагрузку на бизнес».

Елена Рябова («Первый Бит») напоминает, что сегодня небольшой магазин у дома должен вести учет сразу в трех информационных системах – ЕГАИС, «Меркурий» и «Честный ЗНАК», и в каждой из них поддерживать работоспособность своего ПО. Безусловно, их объединение в одну систему сразу бы снизило нагрузку на компанию любого размера.

Аскар Рахимбердиев («МойСклад»):
Аскар Рахимбердиев («МойСклад»):
«Каждая ГИС, например, ЕГАИС или «Меркурий», работают по разным принципам и не всегда корректно. У бизнеса много вопросов к ним».

Аскар Рахимбердиев («МойСклад») уверен, что государство выбрало правильный подход к решению проблемы: создание единой системы маркировки, которая базируется на общих принципах для всех видов продукции, и государственно-частное партнерство с ЦРПТ, позволяющее передать всю ИТ-составляющую в руки большого интегратора, снижают риски сбоев и проблем в ГИС.

Александр Коробов («Биорг»):
Александр Коробов («Биорг»):
«Когда все данные аккумулируются в единой системе, ею легче управлять».

Юлия Русинова («АТОЛ»):
Юлия Русинова («АТОЛ»):
«Именно наличие различных систем и вызвало потребность во внедрении единого подхода, ведь для бизнеса главная задача – заниматься бизнесом, а не внедрять каждый день новые системы».

Штрафы и санкции

Уже сейчас действуют штрафы за производство и продажу немаркированной продукции, подлежащей маркировке. Если для ИП это 5–10 тысяч рублей, то для юрлиц – 50–100 тысяч. Кроме того, в случае ряда нарушений рассматривается мера по изъятию соответствующего товара. Как оценить адекватность этих санкций реальным возможностям игроков?

Александр Розов («Марвел-Дистрибуция»):
Александр Розов («Марвел-Дистрибуция»):
«На первом этапе запуска системы это вполне разумные деньги».

Юлия Хохлова (OCS Distribution):
Юлия Хохлова (OCS Distribution):
«Предпринимателям, особенно средним и малым, приходится нести значительные затраты на внедрение системы, маркировку, обучение сотрудников, настройку бизнес-процессов. Разумеется, поначалу без сбоев не обойдется. Но цена за ошибку велика».

Юлия Хохлова (OCS Distribution) подчеркивает, что «каникулы» на переходный период не предусмотрены, как это было, например, с выполнением нормативов по утилизации и уплате экологического сбора, поэтому у проверяющих появится возможность штрафовать нарушителей уже с первых дней введения запрета на производство и продажу немаркированных товаров.

Реваз Юсупов (ЦРПТ):
Реваз Юсупов (ЦРПТ):
«Оценка серьезности нарушений и размера ответственности находится в компетенции государства».

Елена Рябова («Первый Бит»):
Елена Рябова («Первый Бит»):
«Сроки маркировки все время переносят, так что было достаточно времени, чтобы подготовиться. Штрафы абсолютно адекватные».

Елена Рябова («Первый Бит») считает, что если не планируешь нарушать, то и штрафы не страшны, какими бы они не были. Придерживаться соблюдения закона несложно – нужно просто все настроить изначально и следовать правилам.

Аскар Рахимбердиев («МойСклад»):
Аскар Рахимбердиев («МойСклад»):
«На данный момент в правительстве обсуждается не только административная, но и уголовная ответственность за нарушение закона о маркировке товара. Но уже известная мера — изъятие — и так губительна для бизнеса».

Аскар Рахимбердиев («МойСклад») убежден, что нынешние штрафные санкции (особенно, меру по изъятию товара) никак нельзя назвать небольшими. В первое время, пока система не полностью внедрена в России, вероятно, будет некий период без штрафов, как это было при переходе на онлайн-кассы, полагает он.

Александр Коробов («Биорг»):
Александр Коробов («Биорг»):
«Если от маркировки товара (например, лекарственных препаратов) зависят здоровье и жизнь человека, то нужно вводить более высокие штрафы за нарушения по данной категории».

Александр Коробов («Биорг») уверен, что нужен более глубокий подход со стороны контролирующих органов и государства, которые разрабатывают эту систему. В том числе в том, что касается штрафов и санкций.

Юлия Русинова («АТОЛ»):
Юлия Русинова («АТОЛ»):
«Если для малого бизнеса маркировка означает серьезные финансовые потери, то для более крупных игроков это может оказаться не такой уж значимой суммой. Исходя из каких норм рассчитывался размер штрафов – ответа у меня нет».

Юлия Русинова («АТОЛ») отмечает, что сам подход – введение штрафных санкций на данном этапе становления системы – скорее всего, правильный. Психологические исследования в разных областях показывают: при необходимости обновления той или иной рутины, даже если мы говорим о привычке, необходимы жесткие рамки, поясняет г-жа Русинова. А в частном случае бизнесу необходимо сформировать и довести до автоматизма привычку работать в рамках нового регламента. Для этого нужна соответствующая мотивация, в роли которой могут выступить именно штрафные санкции, заключает она.

В открытом доступе

Какие сведения о маркируемых товарах будут публиковаться в Сети в открытом доступе, а какие станут информацией для ограниченного круга лиц и ведомств? Внедрение системы позиционируется в качестве одного из основных шагов в сторону создания прозрачного и честного рынка, в том числе и для конечного потребителя. Не получится ли так, что объем информации, доступной обычному человеку, не будет соответствовать заявленной цели?

Александр Розов («Марвел-Дистрибуция»):
Александр Розов («Марвел-Дистрибуция»):
«Информации о производителе, месте производства, импортере, датах производства и ввоза будет вполне достаточно».

Реваз Юсупов (ЦРПТ):
Реваз Юсупов (ЦРПТ):
«Честный ЗНАК» – это государственная информационная система, и пользователем данных является прежде всего государство».


Реваз Юсупов (ЦРПТ) поясняет, что порядок доступа к данным устанавливается Постановлением Правительства РФ № 1955 от 31 декабря 2019 года, в соответствии с которым потребителю будет видна общедоступная информация о товаре: его производитель или импортер, вид и характеристики, подтверждение кода маркировки. Производители с помощью «Честного ЗНАКа» смогут получать информацию о текущих владельцах товаров и видеть все движение товара в оптовой и розничной торговле – от производства до продажи конечному покупателю. Ранее отдельные сведения можно было собрать лишь из разрозненных источников и для объединения результатов нескольких исследовательских инструментов приходилось использовать сложные аналитические системы, объясняет г-н Юсупов. «Доступ к гарантированно точным данным системы маркировки, которая прослеживает каждую единицу товара в каждый момент времени, создает новые точки роста для участников оборота. Бизнес, получая в режиме онлайн данные о движении продукции, сможет оптимально планировать производство, снижать запасы и повышать оборачиваемость, совершенствовать маркетинг и другие бизнес-процессы», – резюмирует г-н Юсупов.

Елена Рябова («Первый Бит»):
Елена Рябова («Первый Бит»):
«Для принятия решения о покупке качественного товара данных, предоставляемых системой сегодня, хватает».

Елена Рябова («Первый Бит») уточняет, что через приложение «Честный ЗНАК» можно видеть, кто произвел, когда и кому последнему принадлежал товар, из чего он сделан, какой у него размер и т. п. По ее мнению, большего не нужно.

Александр Коробов («Биорг»):
Александр Коробов («Биорг»):
«Как конечный потребитель, хочу знать, какой товар покупаю – качественный или нет. А также  имею право видеть все этапы перемещений и проверки товара».

Юлия Русинова («АТОЛ»):
Юлия Русинова («АТОЛ»):
«Основной аспект прозрачности для конечного покупателя – возможность проконтролировать подлинность полученного товара. И система позволяет это сделать».

Юлия Русинова («АТОЛ») рассказывает, что в системе маркировки будут открыты сведения об участниках оборота товаров, подлежащих обязательной маркировке в соответствии с классификатором, данные мониторинга за оборотом этих товаров, сведения о международных договорах РФ и нормативных правовых актах, регулирующих работу в рамках системы. При этом, если человек сомневается в покупке, он может направить жалобу в ответственные ведомства – по результатам ее рассмотрения должна быть «восстановлена справедливость», заключает г-жа Русинова.

Рынок товаров и услуг по маркировке

В связи с массовым внедрением маркировки, по сути, формируется новый рынок, связанный с товарами и услугами, в которых нуждаются компании при переходе на новый регламент работы. Это обновленные кассовые аппараты, сканеры штрихкодов, принтеры этикеток, онлайн-сервисы, услуги по обучению сотрудников и многое другое. Во сколько можно оценить этот рынок или хотя бы одну из его частей?

Реваз Юсупов (ЦРПТ):
Реваз Юсупов (ЦРПТ):
«Работать в системе «Честный ЗНАК» можно без дополнительного оборудования – все действия участники оборота товаров могут производить в личном кабинете системы».

Реваз Юсупов (ЦРПТ) отмечает, что во многих компаниях принтеры этикеток и так есть, а в некоторых случаях, например для коробок с обувью, коды можно печатать даже на обычных офисных аппаратах. Магазины также могут обойтись без обновления оборудования, поскольку их кассы и сканеры уже умеют считывать DataMatrix. В конечном счете каждая компания сама решает – работать в системе бесплатно или приобретать специализированное решение, говорит г-н Юсупов.

Елена Рябова («Первый Бит»):
Елена Рябова («Первый Бит»):
«Замене под маркированный товар будут подлежать не более 10% кассовых аппаратов, участвующих в обороте товаров, которые были куплены без учета нового закона».

Елена Рябова («Первый Бит») говорит, что, по оценкам производителей оборудования, сумма общих вложений участников рынка составит не менее 35 млрд рублей.

Аскар Рахимбердиев («МойСклад»):
Аскар Рахимбердиев («МойСклад»):
«Если маркировка распространится на все основные группы товаров, предприниматели потратят порядка 50 миллиардов рублей».  

Аскар Рахимбердиев («МойСклад») предлагает отталкиваться от того, что в России примерно 1–1,5 млн торговых точек, реализующих физические товары, а одна торговая точка тратит на внедрение маркировки в среднем 40–50 тысяч рублей единовременно. Дальше простая математика.

Юлия Русинова («АТОЛ»):
Юлия Русинова («АТОЛ»):
«К 2024 году большая часть товаров массового потребления будет подвергаться обязательной маркировке. Даже если вести оценку из расчета того, что с ними работает одна десятая всех зарегистрированных, – это миллионы компаний разного веса, каждой из которых потребуется как ПО, так и соответствующее оборудование».

Юлия Русинова («АТОЛ») предлагает оценить масштабы с учетом  данных Госреестра и ЦРПТ. Так, на середину февраля в Госреестре было зарегистрировано 10 958 341 юридическое лицо и 15 177 542 индивидуальных предпринимателя. Из них часть уже работают с маркировкой. По данным ЦРПТ, в системе «Честный ЗНАК» зарегистрировано 136 495 российских и международных компаний, из них тройка отраслей-лидеров: 53,5 тыс. – табачное производство, 48,5 тыс. – «фарма», 18,3 тыс. – обувная промышленность. В данном случае важно учитывать, что с высокой долей вероятности в системе участвует крупный и средний бизнес. Кроме того, учитывая сроки маркировки, это только сегменты, в которых она уже обязательна, уточняет г-жа Русинова. Каждому новому игроку потребуется первичная реорганизация бизнес-процессов, которая подразумевает закупку 2D-сканеров, принтеров для печати этикеток, обновление ПО ККТ. Помимо прочего, для больших систем во многих случаях понадобится техподдержка. «До 2024 года IT-компании попадают в фазу роста, которая только после перехода всех игроков, работающих с товарами массового потребления, на новый регламент в соответствии с государственными требованиями, выйдет на стадию умеренного развития», – поясняет г-жа Русинова. 

СЭД под прицелом

В силу разных причин многие компании, впервые столкнувшиеся с маркировкой, в конце концов будут вынуждены перейти на электронный документооборот. Насколько сильное влияние может оказать внедрение системы «Честный ЗНАК» на рынок ЭДО/СЭД?

Реваз Юсупов (ЦРПТ):
Реваз Юсупов (ЦРПТ):
«Компании, которые уже используют коммерческие сервисы электронного документооборота, могут продолжать работу с маркировкой в привычных системах».

Реваз Юсупов (ЦРПТ) поясняет, что, несмотря на возможность выполнения всех операций с маркированным товаром в личном кабинете системы «Честный ЗНАК», оператор пошел навстречу пожеланиям пользователей и интегрировал в него сервис «ЭДО Лайт». Он позволяет пересылать электронные документы с кодами маркировки между продавцом и покупателем и передавать информацию об этом в систему и предназначен для СМБ-компаний, которые не пользуются коммерческими сервисами электронного документооборота: максимально упрощает процесс и минимизирует затраты на интеграцию и работу в системе, поясняет г-н Юсупов.

Елена Рябова («Первый Бит»):
Елена Рябова («Первый Бит»):
«ЭДО сейчас крайне не развит в нашей стране, хотя очень удобен и прозрачен. Внедрение системы «Честный ЗНАК» может оказать огромное влияние на рынок ЭДО».

Елена Рябова («Первый Бит») уверена, что перевод на ЭДО большого числа организаций позволит сократить время на приемку и отгрузку товаров, вести более корректный учет в системах, не допускать пересортицы. Ну и, конечно, сократить затраты на покупку бумаги.

Аскар Рахимбердиев («МойСклад»)
Аскар Рахимбердиев («МойСклад»)
«Благодаря маркировке рынок СЭД получит нового лидера».

Аскар Рахимбердиев («МойСклад») полагает, что встроенный в личный кабинет системы бесплатный сервис «ЭДО Лайт» может стать лидером рынка СЭД. Существующим операторам ЭДО стоит начать переживать, считает он. 

Андрей Захаров («Такском»):
Андрей Захаров («Такском»):
«По нашим оценкам, количество компаний,  подключаемых в связи с маркировкой к ЭДО, соизмеримо с количеством компаний, подключаемых к услугам ОФД в связи с прошедшей реформой ККТ в стране».

Андрей Захаров («Такском») подчеркивает, что среди участников рынка маркированных товаров много тех, кто с ЭДО не знаком в принципе, поэтому количество участников ЭДО будет увеличиваться, и это окажет существенное влияние на данный рынок.

Юлия Русинова («АТОЛ»):
Юлия Русинова («АТОЛ»):
«Маркировка – это огромный драйвер к переходу на электронный документооборот».

Юлия Русинова («АТОЛ») считает маловероятным, что работу со всем товаром единовременно переставят на новые рельсы. Но, учитывая, что бизнес всегда стремится оптимизировать энергозатраты, со временем произойдет полный переход на электронный документооборот, убеждена она.

Дмитрий Карпенко («Обувь России»):
Дмитрий Карпенко («Обувь России»):
«Внедрение маркировки требует от компании наличия автоматизированных систем учета».

Дмитрий Карпенко («Обувь России») отмечает, что на обувном рынке маркировка подтолкнула игроков, прежде всего небольших, которые раньше не торопились с автоматизацией, начать автоматизировать процессы, в том числе подключаться к электронному документообороту. По его мнению, в итоге это переведет весь рынок на следующий этап развития: с внедрением СЭД упростятся и ускорятся процессы взаимодействия с контрагентами.

Подготовка

Как подготовка к вводу системы «Честный ЗНАК» повлияла на работу конкретных компаний? Как отдельные участники рынка готовятся к полноценному внедрению данной системы в ближайшие годы?

Александр Розов («Марвел-Дистрибуция»):
Александр Розов («Марвел-Дистрибуция»):
«Мы зарегистрировали личный кабинет нашей компании в системе «Честный ЗНАК» – это первый обязательный шаг для работы с оператором системы. Никаких других действий на данный момент мы не осуществляем, так как деталей программы внедрения системы к 2024 году у нас нет».

Александр Розов («Марвел-Дистрибуция») говорит, что из категорий товаров, для которых уже вводится маркировка, компанию интересуют только фотоаппараты и лампы-вспышки. Но доля таких товаров в продуктовом портфеле «Марвел-Дистрибуции» крайне мала: в частности, пленочных камер нет вовсе, а вспышек очень мало. «С 1 октября 2020 года оборот немаркированных фототоваров будет запрещен, поэтому именно на этой категории мы намерены протестировать дальнейшее внедрение цифровой маркировки для остальных товаров», – рассказывает г-н Розов.

Алина Челнокова («КОРУС Консалтинг СНГ»):
«Нам, как оператору, жизненно необходимо при проектировании решений для обеспечения передачи УПД и кодов маркировки также учитывать, что задача предполагает комплексный подход – с вовлечением всех участников цепочки поставок».

Аскар Рахимбердиев («МойСклад»):
Аскар Рахимбердиев («МойСклад»):
«Мы, как разработчик сервиса для торговли, не видим смысла игнорировать закон о маркировке и, конечно, стали готовиться к ней сразу после появления соответствующей информации».

Аскар Рахимбердиев («МойСклад») говорит, что в связи со сложностью проекта, особенно для небольших бизнесов, в компании решили не продавать маркировку как опцию. «Уже сейчас любой пользователь сервиса может промаркировать обувь в “МоемСкладе”», – уточняет он.

Елена Рябова («Первый Бит»):
Елена Рябова («Первый Бит»):
«Внедрение маркировки окажет большое влияние на наших клиентов, но мы уже знаем, как им помочь».

Андрей Захаров («Такском»)
Андрей Захаров («Такском»)
«Мы намерены полностью закрыть все потребности, возникающие у бизнеса в связи с маркировкой. Однако нам еще предстоит большой объем работы, поскольку полное понимание, как бизнес будет адаптироваться к маркировке, наступит только со временем».

Андрей Захаров («Такском») уверен, что необходимо продолжать выяснять, какие потребности у клиентов возникают в большей, а какие в меньшей степени, и, исходя из этого, дорабатывать предлагаемые сервисы.

Дмитрий Карпенко («Обувь России»):
Дмитрий Карпенко («Обувь России»):
«Компания в полном объеме подготовилась к запуску обязательной маркировки».


Дмитрий Карпенко («Обувь России»)
отмечает,
что участие ГК в пилотном проекте маркировки позволило на ранних этапах выявить
и устранить риски возможных технических проблем, тщательно изучить и наладить
все процессы, прописать соответствующие регламенты.

Журнал: Журнал IT-News, Подписка на журналы


Поделиться:

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Другие материалы рубрики

Компании сообщают

Мероприятия

10.04.2020
Финтех 2020

Москва, InterContinental

14.04.2020 — 15.04.2020
CONFERENCE FOR BEST BRANDS 2.0

Даниловский Event Hall, ул. Дубининская, д. 71, стр. 5