ИИ-интервью и роскошь человеческого общения

В статье «Время больших ожиданий прошло» мы осознали грустный для большинства ИТ-специалистов факт, что сейчас рынок труда в ИТ-сфере стал рынком работодателя, который может себе позволить выбирать не только из сотен и тысяч резюме джунов, но и из десятков анкет senior-ов, проводить долгие детальные собеседования, не боясь, что за это время кандидат получит новый, более горячий оффер. Чем работодатели, разумеется, и не преминули воспользоваться, расширяя списки требуемых компетенций, скиллов, стеков и гоняя кандидатов по многочасовым техсобеседованиям.

«Вызов принят», — подумали разработчики и подошли к решению ситуации с любимой, технической стороны, создав разнообразные технические сервисы и уловки, чтобы пройти собеседования.

В ассортименте:

• Многочисленные ИИ-агенты, GPT и дополнительные средства – от работы на втором устройстве до copilot-ов — по словам их разработчиков, даже при контроле экрана невидимые для интервьюеров и работающие с большинством платформ видеоконференций.
  
• Компьютерные системы распознавания образов (OCR), которые могут считывать вопросы с экрана, запускать поиск по ним на втором устройстве и на его экран.
• Купленные у специальных агентств записи собеседований и готовых решений к задаваемым там задачам.
• Наушники, разнообразные подсказчики и «суфлеры», которые надиктовывают ответы...

И многое-многое другое... Если вы думаете, что это только про наш отечественный ИТ-рынок, то нет, примеры взяты из опыта и российских, и зарубежных коллег и, даже страшно представить, — из рассказов интервьюеров и кандидатов из FAANG. Ну, то есть тренд не исключительно «наш», обусловленный какой-то спецификой нашего рынка, а вполне себе общемировой и общеотраслевой.

Возникают вопросы: почему и зачем?

Ведь всем этим инструментарием пользуются далеко не зеленые джуны и стажеры, а вполне состоявшиеся спецы уровня не ниже middle, а то и senior, которые, казалось бы, не испытывают недостатка в опыте, компетенциях и навыках.

Попробуем сначала разобраться с «почему?». В первую очередь поговорим о «карго-культе» интервью в Google и иных компаниях FAANG — собеседования, проводимые в них, известны своей сложностью, заковыристостью и внезапностью. Информация о требованиях к соискателям просачивается на рынок, и многие компании просто берут их на вооружение, не задумываясь о целесообразности. Например, насколько критично реальному архитектору или разработчику знать наизусть флаги командной строки, специфику использования редких подсистем или решать разные логические задачки или рассказать про реализацию конкретного, правильного только с точки зрения интервьюера решения или команды, а не логики решения и подбора инструментов. В общем, всего того, от чего опытный разработчик бесконечно далек. Он хранит список флагов и команд в блокноте или ином удобном для себя формате и может быстро их там найти, не забивая голову подобными мелочами. Он знает, где и как отыскать нужный инструмент, и, собственно, его главный навык — понимать, что, где и как применить. Почему так делают в Google? Ну-у-у, потому что могут, потому что так проще добавить компании ореол недоступной элитарной компании «с золотыми ключами Вилли Вонки», потому что так легче всего маршрутизировать массовый поток кандидатов (для кандидатов под конкретные специфические позиции и навыки такого нет, да и сами кандидаты не склонны делиться информацией про интервью). Почему так делают в других компаниях? Потому что так делают в Google. Такое слепое копирование практики без учета специфики (если мы будем нанимать как Google, то и станем Google) и есть карго-культ интервью, по аналогии с карго-культом у диких племен, которые копировали действия европейцев в надежде, что им тоже упадет груз с неба. Кандидаты, проработавшие «на земле», в реальных проектах, не загружают голову такой информацией, да и времени не имеют на ее запоминание, но хотят выглядеть конкурентоспособными на фоне тех, кто тщательно готовится и учится проходить интервью, привычно делают себе «костыли», чтобы быстренько миновать эту стадию.

Во-вторых, часто технические интервьюеры ищут не специалиста, который мог бы их дополнить, решив задачу, возможно, иным способом, с использованием своих методов, а этакого своего клона, который должен думать и решать, как они, чтобы не было необходимости что-то объяснять и вникать. Из-за этого и требования решить задачу конкретным способом, и никак иначе. Кандидаты это видят и стараются «подстраховаться».

С другой стороны, легкость вхождения в ИТ в предыдущие годы и доступность разнообразных библиотек, шаблонов и иных инструментов породили в кандидатах излишнюю уверенность в своих силах, что все можно найти, не вникая в логику и специфику работы, главное — найти подходящий источник. Ну и широко раздуваемый миф о золотых горах в ведущих ИТ-компаниях или зарубежных компаниях, порождают стратегию «не важно, что делать, главное — получить позицию, ну а дальше разберемся». Раньше при дефиците кадров такое срабатывало. Сейчас — нет.

Ну и излишняя увлеченность автоматизацией в прохождении интервью играет свою роль. Нет смысла углубляться в суть, подходы и логику. Надо выдать нужный ответ, не важно как. Ну и вообще, если есть какая-то программа, то многие ИТ-спецы инстинктивно ищут способы ее «поломать».

В итоге — интервьюеры закручивают гайки, кандидаты излишне верят в себя и ищут обходные пути. И никто из них не счастлив.

Переходим к «зачем?». Конкуренция, сэр. Как я уже писала, рынок сместился с конкуренции за кандидатов к конкуренции кандидатов. Для многих опытных разработчиков это чертовски нервирующая и некомфортная ситуация. А поскольку в предыдущих проектах они еще и привычно считались экспертами, мнение которых зачастую было решающим, то ситуация, где они могут что-то не знать сходу, для них реально является психотравмирующей. Ну и помним про то, что мягкие навыки для ИТ-специалистов всегда были достаточно сложной историей. Многим откровенно признать, что ты что-то не знаешь, да еще и вслух, да еще и когда тебя выбирают и тестируют, — психологически невозможно. Вот и «обвешиваются» дополнительными средствами, выдают идеальные ответы, не вникая в суть, стараясь побороть нервозность и стресс. Забавно, что часто выигрывают именно те, кто честно признается, что что-то не знает, не помнит, но может рассказать и объяснить, где и как бы искал нужный ответ. Те, кто откровенен и обладает интуицией и опытом, кажутся интервьюерам лучшими кандидатами, чем те, кто предлагает шаблонные решения без какой-либо вразумительной подстраховки.

Все больше технических руководителей возвращаются к практике интервью, причем не по решению задач, о достоинствах и недостатках кода, узких местах и опыте разрешения проблем, логике диагностики и исправлении ошибок, а также сутевой части проектов, и так далее. Если интервьюер не может понять, у кого реальный опыт, просто поговорив о реализации проектов, то большое сомнение вызывает его способность проводить интервью. Многие разрешают использовать любые подручные средства, включая библиотеки и даже ИИ, но требуют объяснить, что именно и как используется в этом случае и по каким критериям ищется и выбирается то или иное техническое решение. Понимание, как и какими инструментами решить задачу, с их точки зрения намного ценнее памяти на конкретные алгоритмы и команды. Поэтому все чаще мы возвращаемся к личным интервью. Личное общение снова становится ценностью.