ICT WEEK 2026: ИИ забирает рутину, а людям оставляет постановку задач
Говорили о том, как внедрять ИИ с помощью облака, о многоязычных моделях, о модели «AI Model-as-a-Service», об автоматизации бизнес-процессов и о месте молодых специалистов в индустрии.Это третий и последний материал из серии. Первый был про фундамент, второй про деньги. Теперь про людей и технологии, которые меняют их работу.
Что обсуждали на сессии об образовании и труде
Каждый из участников рассказал о своем. AWS говорил о том, как реализовывать ИИ-проекты на облачной инфраструктуре. Coursera рассматривала результаты Узбекистана в онлайн-образовании и новых технологических навыках. iFLYTEK показала опыт создания многоязычных систем, что для страны с девятью языками не абстракция. Alibaba Cloud рассказала, как предоставлять модели как услугу.
Отдельно прошла панель «AI Native Generation» о том, как строить общество, готовое к ИИ, как адаптировать систему образования и какие навыки понадобятся профессиям будущего. В завершение OX Group поделилась опытом автоматизации бизнес-процессов в розничной торговле. Мне такой финал показался логичным: после всех разговоров о будущем слушателям показали бизнес, который уже сегодня экономит на рутине.
AWS Community Day: когда облако приходит к разработчикам
По данным организаторов, программа собрала больше 500 разработчиков, специалистов по облачным технологиям и энтузиастов, а выступили более 15 спикеров. Главным гостем стал вице-президент и главный евангелист Amazon Web Services Джефф Барр. Были и AWS Heroes, среди них Вадим Казулькин из ip.labs и Денис Астахов из OpsGuru Solutions. Темы очень практичные: бессерверные технологии, контейнеры, Amazon SageMaker и Amazon Bedrock, подготовка инфраструктуры данных для ML-проектов, безопасность облачных приложений, наблюдаемость систем, мониторинг, логирование, трассировка запросов и CI/CD.
Сообщество, а не маркетинговая презентация: технические сессии, обмен опытом, знакомства. Когда глобальный вендор несколько дней подряд работает с местными разработчиками, он инвестирует не в продажи, а в доверие. На языке аналитики — это ставка на то, что через несколько лет именно эти люди будут принимать решения о выборе платформы. Для самой страны это тоже полезно, потому что инженеры получают прямой доступ к практике, которой нет в университетских программах.
Куда идти программисту
Самым содержательным разговором о будущей профессии стало выступление спикера из академии по кибербезопасности. На вопрос ведущей, как изменился рынок и что делать детям, которые хотят стать программистами, он ответил коротко: чуть-чуть менять фокус. Объяснил он это через историю. Когда изобрели печатный станок, писари остались не у дел, а потребность в грамотности выросла, потому что книг стало больше. Сейчас порог входа в написание кода упал драматически, но, чтобы делать это осознанно, нужно понимать, какую задачу решаешь, и видеть риски под капотом. Не оставил ли код дырку для SQL-инъекций, не оказались ли ключи от нейросетей в открытом доступе. Нужно быть немного продакт-оунером и системным аналитиком, понимать ландшафт технологий. «Нечестное преимущество получает тот, кто хорошо понимает, что ему нужно, и умеет это проартикулировать», — сказал он.
Куда отправлять ребенка? Его ответ: в кибербезопасность, которая будет востребована десятилетиями, потому что цифровую защиту никто не отменит. Хорошие школы программирования остаются нужны, но рынок будет требовать меньше классических кодеров и больше архитекторов, продакт-оунеров и бизнес-аналитиков. Нейросеть пока не понимает заказчика так же, как человек, и этот переход надо кому-то выполнять. А синтаксис, по его сравнению, нужен как латынь врачам: не для общения, а чтобы читать тексты. Без этого теряешь субъектность и перестаешь управлять процессом.
Эта мысль замечательно рифмуется с тем, что говорил Азимов из Walmart в первом материале: стране пока не хватает продакт-менеджеров, а не только кодеров. И с предупреждением Startup Genome во втором: нельзя растить таланты, если нет компаний, которые их удержат. Три разных спикера, три разные сцены, один вывод: ценнее всего становится тот, кто умеет ставить задачу.
Кто следит за правилами
Параллельно в программе недели прошел международный экспертный форум по этике искусственного интеллекта, с синхронным переводом на русский и узбекский. Первый заместитель министра напомнил, что в стране действует стратегия развития технологий ИИ до 2030 года, а идею форума выдвинули на 43-й сессии Генеральной конференции ЮНЕСКО. Главная мысль, которую он подчеркнул: этика не ограничение для рынка. Ясные правила и доверие общества создают условия для более широкого и устойчивого внедрения.
Дальше выступали практики. Профессор Монреальского университета Марк-Антуан Дильак, один из авторов Монреальской декларации об ответственном ИИ, напомнил, что рекомендация ЮНЕСКО 2021 года принята 193 странами, а теперь речь не о принципах, а о проверяемости. Среди инструментов он назвал методику оценки готовности и оценку этического воздействия. К ним он добавил классификацию систем ОЭСР, потому что «не вся автоматика — ИИ», и метод «кейса доказательств»: заявление, свидетельства, аргумент, связывающий их. Эксперт Oxford Insights Пабло Фуэнтес Нетцель, изучавший готовность правительств к ИИ, назвал два фактора отличия стран со стратегиями на бумаге от стран с результатами: институциональная координация и люди. И не только инженеры, но и юристы, и исследователи пользовательского опыта.
Эксперт ООН по цифровому правительству отметил, что в 2027 году в Узбекистане пройдет Форум по управлению интернетом, на который ждут 4–5 тысяч гостей. Для меня здесь важна не цифра, а сигнал. Страна заранее строит себе репутацию места, где обсуждают не только как внедрять ИИ, но и как им управлять.
Что ломается на практике
Самый приземленный разговор о внедрении ИИ вел разработчик голосовых роботов. Его статистика обезоруживает: за плечами более 200 успешных внедрений и около 400 неудачных. Причина провалов, по его словам, не в моделях. Можно взять самую свежую модель и «загнать ее в прод», но получится робот, который не решает ни одной проблемы. Клиенты звонят не для того, чтобы узнать адрес офиса, это есть на сайте. Они звонят, когда что-то случилось. Значит, ИИ должен видеть статус аварии, баланс абонента, может ли заблокированный клиент получить разблокировку. «Искусственный интеллект сегодня не в самом интеллекте, а в его окружении и интеграции», — резюмировал он. Не бояться давать доступ к оперативным данным, но под контролем, строить доверенный слой обмена и не привязываться к одной модели.
Другой выступавший подчеркнул тенденцию, которая меняет представление об инфраструктуре. По его словам, мы на пороге перехода «от мейнфрейма к персональному компьютеру»: сильные модели уже умещаются на видеокарте за две тысячи долларов, а не за два миллиона. Для компаний с чувствительными данными важна локальная инфраструктура, и не только локальные модели.
Контакт-центры: ночная смена для американской логистики
В кулуарах я поймал Азамата Рахмон-Зода, который в IT Park Uzbekistan отвечает за экспорт цифровых услуг и продуктов, контакт-центры, развитие профессиональных услуг, ИИ и видеоигровую индустрию. Я спросил про контакт-центры. «Сегодня у нас 680 компаний в сфере аутсорсинга бизнес-процессов, — сказал он. — У нас есть отдельная ниша: профессиональные услуги колл-центров для рынка США, причем именно для логистики. Американские логистические компании открывают здесь центры и нанимают диспетчеров, специалистов по обновлению данных, продажников».
Динамика поразительная. В 2017 году, сказал он, в контакт-центрах, работающих на зарубежный рынок, было 137 сотрудников, в 2025-м объявили порядка 21 тысячи. С учетом локального рынка вовлечено больше 120 тысяч человек. Среднегодовой рост отрасли он оценил в 27–30 процентов. Параллельно в страну заходят международные игроки: например, бывшее подразделение Teleperformance вышло на местный кадровый рынок под брендом Sonnect.
Тут и возникает главный вопрос недели, на который у зала не было единого ответа: заберет ли ИИ эти рабочие места? Один из выступавших привел цифры из реального проекта. До 65 процентов диалогов обрабатывается ИИ и закрывается без участия человека. То, что раньше занимало десятки минут, теперь решается сразу. Но людей, по его словам, не стало меньше, изменилось то, что они делают. Оператор становится контролером, обучает систему, разбирает сложные случаи. Спикер также назвал настоящую проблему: опыт раньше набирался на простых задачах, а их забирает машина. Нижние ступени карьерной лестницы исчезают, и вопрос в том, как растить сеньоров, если новички больше не проходят через рутину.
Игры: рынок, которого почти нет, и который уже есть
В том же разговоре я спросил Рахмон-Зода про игры. Он ответил, что это его личный проект: направление «очень близкая мне индустрия», и он сам собирает команду. «Сегодня мы показали, что индустрия в Узбекистане только зарождается», — ответил он. Я рассказал, что слышал про паблишер Spaghetti Games. Он объяснил: это международная компания, локальных игр у нее четыре, остальные из Таиланда, Вьетнама и США, развивается она всего полгода, но по их отчетам, с учетом вложений доходность достаточно высокая. На вопрос, ведет ли IT Park Uzbekistan переговоры о переезде с разработчиками из-за рубежа, он ответил, что работают на институциональном уровне, через отраслевые ассоциации. Цель не забрать студию, а, чтобы часть разработки открывалась здесь и нанимала местных специалистов.
Остальные данные дала конференция GameGap. Советник генерального директора IT Park Uzbekistan по направлению GameDev Хишам Нуху рассказал, что четыре года назад рынок был небольшим, сегодня он около 100 миллионов долларов, игроков примерно 15 миллионов, а доля интернет-пользователей 83 процента. Число игровых компаний в IT Park Uzbekistan выросло с 12 до 75. Но 72–73 процента команд состоят из одного-трех человек, возраст 18–25 лет, около 70 процентов работают без бюджета, и меньше 10 процентов выпустили игру.
Рахмон-Зода рассказал о поддержке: студии получают 100-процентные программы реинвестирования, субсидии и сопровождение. Он сообщил, что Valve в этом году стала налогоплательщиком в Узбекистане, а в первом полугодии 2026-го пользователи страны совершили на Steam покупок на 11,2 миллиона долларов. PUBG Mobile и Minecraft доступны на узбекском языке. В 2026 году обучили около 800 игровых специалистов, а game jam'ы породили порядка 300 новых команд.
Дальше на сцене показывали живых людей. Паблишер из фонда Indiglobe, который запустил в Узбекистане инди-паблишинг, рассказал, что выпускает по две игры в месяц. Один из проектов с вложениями в 30 тысяч долларов принес около 500 тысяч, другой вышел на 2 миллиона. На сцене подписали два соглашения: IT Park и Международная ассоциация разработчиков игр IGDA, а также IT Park Ventures и Indiglobe, о обмене экспертизой и возможном совместном игровом венчурном фонде. Студия Doomers Entertainment показала Ram.
Итог: порт без океана
За пять дней в Ташкенте я не услышал ни одного доклада, который обещал бы чудо. Зато услышал много честных «пока»: пока демо, пока нет громкого релиза, пока закупки идут небыстро. Мне кажется, это лучший признак живой экосистемы. Когда страна говорит «пока», она смотрит вперед. К этому добавляются 25 тысяч инженеров в год, быстро растущая отрасль, где множество тысяч человек уже работают на мировой рынок, фонды, которые приезжают с блокнотами, и разработчики, собравшиеся на AWS Community Day. Есть и юридическая рамка, которая стартует в феврале. Узбекистан не получил океана, но выяснил, что гавань можно построить из людей, правил и доверия. Корабли пока заходят небольшие, но на причале уже людно. Через год я с удовольствием вернусь проверить, сколько судов встало под погрузку. Свой блокнот с тремя контрольными точками я для этого уже приготовил.
Опубликовано 06.11.2026
